Нашы свалки не справляются с объемами мусора, власти ищут места для новых полигонов. Тем интереснее для нас опыт Германии, где почти десять лет назад практически отказались от захоронения отходов. О том, как немцы приучились сортировать мусор и научились его перерабатывать,— в репортаже из Берлина.

ОЛЕГ ХОХЛОВ

Захоронение на полигонах — самый дешевый способ "выбросить мусор". И самый неудачный. В Московской области мусорная проблема — одна из самых острых. Недаром еще в начале 2013 года и. о. губернатора Московской области Андрей Воробьев не скупился на предвыборные обещания закрыть до конца года 24 из 39 официальных подмосковных свалок, а к 2015-му — оставшиеся. Заявление показалось многим слишком смелым. И правда, в 2013 году закрыли только четыре свалки, в этом году — еще несколько. При этом параллельно власти Подмосковья ищут места для новых полигонов. Неужели порочный круг не разорвать?

Вот, например, Германия от широкого использования полигонов отказалась еще в 2005 году. В Федеральном ведомстве по охране окружающей среды (Umweltbundesamt, UBA) рассказали, что к 2014 году из 300 существовавших полигонов лишь половина продолжает работать — в ограниченном режиме. Полностью отказаться от использования полигонов все-таки невозможно, они, например, нужны для утилизации отходов горнодобывающих и металлургических предприятий.

Но московские проблемы — явно не по вине горняков. Искать их решение я отправился в столицу Германии.

Модель для сбора


Улыбчивый водитель мусоровоза Свен — типичный берлинский коммунальщик: мощный татуированный мужчина в оранжевых шортах со светоотражающими полосами, в кожаном переднике и громоздких рабочих ботинках. Так же эффектно выглядят его напарники и почти все, кого я встречаю в депо берлинской компании Berliner Stadtreinigung (BSR). Она принадлежит городу и отвечает за сбор и утилизацию бытовых отходов, а также уборку улиц на территории площадью 890 кв. км (около трети московской), где проживает 3,4 млн человек, которые ежегодно производят около 1 млн т бытового мусора (в Москве, по данным департамента жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства, его образуется более 6 млн т в год).



Депо BSR в районе Пренцлауэр-Берг оживает в шесть утра (до половины седьмого в городе нельзя шуметь). Через полчаса оранжевые грузовики Mercedes уходят в рейс. Вместе с фотографом мы наблюдаем, как мужчины в оранжевом опустошают контейнеры для несортированного мусора на улицах в окрестностях Шенхаузер-Алле. Содержимое отправится на мусоросжигательный завод в районе Рулебен. Если на дорогах не будет пробок, рабочий день закончится не позднее трех.

В большинстве берлинских дворов можно обнаружить пять-шесть пластмассовых контейнеров емкостью 240 или 1,1 тыс. литров. Черный контейнер — для несортированного мусора, коричневый — для органических отходов, синий — для бумаги, желтый — для пластика и упаковки, просто зеленый — для цветного стекла, зеленый с белой полосой — для бесцветного. Мусорная компания обслуживает не только горожан, но и малый бизнес, небольшие кафе и магазины. При этом BSR отвечает за несортированный мусор и за органические отходы: коммунальщики работают только с черными и коричневыми контейнерами. Прочие — добыча других компаний, в том числе "дочки" BSR — Berlin Recycling. Они могут зарабатывать на том, что подлежит почти стопроцентной переработке (из вторсырья в Германии производят, например, 90% стеклянной тары). Муниципальная же компания, занимаясь неинтересным с точки зрения бизнеса мусором, получает деньги не от его переработки, а от горожан, которые платят за вывоз этих отходов.

Просто так во двор не попасть — у коммунальщиков есть ключи от всех дверей. Если от проезжей части до контейнера нужно пройти больше 15 м, за вывоз приходится доплачивать, поэтому часть контейнеров из дворов выставляют на улицу. Но такие нам встречаются не часто. После того как мусоровоз уедет, их вернут во двор. "Городские власти не любят уличные контейнеры,— объясняет пресс-секретарь BSR Томас Клекнер.— Любой контейнер — это магнит. Даже если он предназначен для сбора стекла или бумаги, вы обязательно получите рядом с ним гору постороннего мусора".

В системе раздельного сбора мусора участвует 1,4 млн берлинских домохозяйств — 83% из общего числа. Самым удивительным россиянину может показаться то, что никто не только не заставляет горожан держать на кухне пять разных емкостей, но и не стимулирует их материально. Люди сортируют мусор добровольно, ими движет экологическое сознание.

Более того, от крупногабаритного мусора и других отходов, для которых не предусмотрены контейнеры, горожане избавляются самостоятельно, отвозя их на одну из 15 сортировочных станций, которыми также управляет BSR. Я спрашиваю, что будет, если кто-нибудь бросит на улице, например, сломанный холодильник или старый диван (мои московские соседи недавно поступили именно так — мебель простояла под окнами пару недель). Томас Клекнер объясняет, что гражданину вообще-то ничего не будет: компания пришлет за негабаритным мусором машину и выставит счет администрации района. Такое случается не так уж редко, но не является нормой поведения жителя немецкой столицы.

Станция на Градештрассе в северной части Берлина производит сильное впечатление. Не очень большая площадка, на которой расставлены металлические грузовые контейнеры. Отдельный контейнер — для старых холодильников. Другой — для электроники и бытовой техники. Еще несколько — для мебели, металлолома. Вдоль ограды стоят пластмассовые контейнеры для всего на свете — стекла, бумаги, одежды, обуви, канистр из-под моторного масла, старых компакт-дисков, батареек... Я своими глазами видел отдельный контейнер для рентгеновских снимков.

В выходные дни перед сортировочными станциями — всегда очередь из частных машин. Ежегодно сортировочные станции посещает 2,8 млн берлинцев, которые оставляют там почти 150 тыс. т мусора. Мы приехали на сортировочную станцию в понедельник днем, и шел дождь, но там было довольно оживленно. Вот мальчик лет десяти под присмотром отца выбрасывает в контейнер старый веломобиль. Мы с фотографом просим рабочих, чтобы они запустили монструозный агрегат — барабан с шипами, который сминает содержимое контейнера. Ребенок в восторге. Берлинцы не только получают удовольствие, выбрасывая все в правильном месте, кое за что приходится еще и доплатить. Например, избавиться от унитаза или раковины (для них, конечно, тоже есть отдельный контейнер) стоит €2,6, а от старой покрышки— €2,6-7,7 в зависимости от диаметра.





Поделитесь с друзьями и сохраните себе!



Купить биотопливо

Пеллеты
из дерева, лузги, соломы
Брикеты
из дерева, торфа, соломы
Дрова
кругляк, колотые
Щепа
технологическая, топливная
Древесный уголь
фасованый, для гриля
Торф
торфобрикет, руф




Написать комментарий (0)

Не пропустите интересное,
еженедельная рассылка:

Э-почта:



Рассылка еженедельная, по субботам.
Только анонсы новостей и статей.
Будьте в курсе событий,
подпишитесь на RSS:


Новости биотопливной отрасли
Статьи о биотопливе и котлах

Нужен котел, печь? Заполнить анкету

Заполните анкету и строители предложат вам цены и услуги сами!



Нужно биотопливо? Заполнить анкету

Заполните анкету и строители предложат вам цены и услуги сами!


Популярные статьи этой рубрики:


Рекоммендуем компании этой тематики:

БЛОК СВОБОДЕН
Для размещения здесь Вашей компании закажите услугу "Фото-каталог"

Заказать!
База компаний